January 10th, 2009

манул

К сожаленью... день рожденья...

Нет, не мой - и поэтому "к сожаленью". С другой стороны, в этим днем не-рождения меня тоже всегда поздравляют... ладно, не буду интриговать, не роман пишу, к тому же все мои новообретенные френды и так уже поняли: день рожденья моей старшей (из трех) дочери, известной какyeho  .
Двадцать три года ей - ровно десять дней назад было сорок пять мне, в связи с этим можно и повспоминать и поностальгировать... этим сегодня и займусь.
Родилась она в те еще времена - в Советском Союзе, холодной (еще до глобального потепления) и скользкой (беременные, носите удобную обувь - ага, только из "Березки", и не за деньги, а за чеки Внешторга... слышали такие слова? звучит уже как старославянский!), ну да, холодной, то есть довольно противной на мой вкус (не поэтому ли я сейчас в иных широтах?) зимой, дав мне спокойно отметить и Новый год и собственный день рождения. Хорошая девочка. Ультразвук в те времена и в том государстве делали только строго по медицинским показаниям или по большому блату, и я так до последнего и не знала, кто родится. Потому что большой блат было решено использовать ("влияние в свете есть капитал, который надо беречь, чтобы он не исчез", конец цитаты!) в другом направлении. Мне очень (очень-очень! и потом еще два раза!) не хотелось, чтобы роды и всякие отходящие воды застали меня где-нибудь не там, то есть не в заранее выбранном роддоме и не среди толпы врачей и врачиц.
Поэтому в роддом я всегда залегала за несколько дней до предполагаемого кошмара - со средней дочерью даже вышла промашка, и я провалялась там две недели, но это другая история.
Итак, зима, Советский Союз, первый ребенок, я сама - бедная овечка глупая студентка - это минус, как и отрицательный резус; Москва, влияние в свете, сапоги из "Березки", умение благодаря десяти годам в балете на льду устоять на любом льду, специально выбранный из-за поганого резуса роддом на Шаболовке, где я сама когда-то родилась, вовремя сданная сессия - это плюс. Восьмого января я сдала госэкзамен по философии (и поэтому Мышилла, она же yeho  такая умная!), а девятого, собрав сумочку и положив в нее сумочку из "Березки" для главврача (вместо неуместных уже борзых щенков), осторожно поскользила в роддом.
Потому что ультразвук в те времена - см. выше, а врачица, с которой я имела дело в дамской консультации, определяла сроки по методу Фамусова: "не родила, но по расчету, по моему! - должна родить!" и родить я должна была по ее расчету ближе к двадцатому числу.
Расчет оказался неверен, что я, впрочем, подозревала, производя собственные расчеты. Кстати, та же врачица, когда я была на восьмом месяце, пощупав выступ у меня на животе, радостно диагностировала: "О, у вас миома матки!" Я точно знала, что пять минут назад никакой миомы там не было и что это просто пятка будущей неугомонной Мышиллы yeho , тем не менее психика у меня тогда была не такая закаленная, как сталь, и дома я перечитала все о миомах в "Медицинской энциклопедии"... моя собственная миома к тому времени лягалась уже в другом месте, что вместе со словами "доброкачественная опухоль" не могло не успокаивать.
Мышилла и получилась вполне доброкачественной. В отличие от предсказаний врачицы, из-за которых я чуть не опоздала вовремя (по моим меркам) проскользнуть в роддом.
(to be continued чуть позже... or not to be... посмотрим - тогда завтра!))))


манул

День Мышиллы.

Итак, она родилась.
Хотя это совершенно неправильная формулировка, сводящая на нет мое участие в процессе.
А свести на нет первые роды в советском роддоме в ночное время, когда в предродовой семь первородящих теток и никого, кроме нас, - ну нет, такое свести на нет я никак не согласна!
Поэтому не "она родилась", а "я ее родила". Таки. С чем себя и ее и поздравляю, ибо до сих пор удивляюсь, как это мы обе выжили. Потом я рожала еще два раза и не переставала удивляться, что тот первый раз сошел-таки благополучно. Если учесть, что я отнюдь не из тех женщин, которые якобы есть в русских селеньях и которые, родив, идут дальше снопы вязать.
Родила я в полседьмого утра (мне было хорошо видно часы на стене) и первой мыслью было: о, пойду позвоню, пока никто на работу не ушел. Не смейтесь: домобильная эпоха. Второй мыслью было: кто родился-то? Ее я слабым голосом и озвучила, и мне подсунули под нос нечто и сказали: "сама смотри!"
Никуда смотреть я не могла. Вот встать и доползти до телефона, как мне казалось, я бы смогла, но смотреть самой, когда ребенок еще не помыт, не протерт, не имеет товарного вида, да рассмотреть при этом чего там где... словом, я (видимо, ехидна уже тогда сидела внутри или тогда же появилась на свет?), не приглядываясь, строго заявила: "Нет, вы уж сами посмотрите и мне точно скажите!" - "Да девочка, девочка, что, не видишь?" - "Не вижу, - ответила обрадованная ехидна, которой девочку и надо было. - А глаза у нее какого цвета?" Акушерка насторожилась, наверно решив, что у меня что-то с головой, а я как раз присмотрелась к детенышу, увидела глюк пятно в районе пуповины и обеспокоенно спросила: "А  вот это вот - оно ведь пройдет, да?"
"О господи! - возмутилась акушерка. - То ей глаза, то еще чего! Ты по образованию-то кто?"
"Никто, - отмахнулась я: пятно на детеныше волновало меня гораздо больше, - филолог я... так пройдет?"
Оно, конечно, прошло.
И больше двадцати лет тоже прошло.
Отправляясь тогда по скользкому льду в роддом и рассчитывая полежать там недельку, я тащила с собой и толстые книжки: биографию Анны Павловой (когда еще соберусь просвещаться-то?) и любимую, зачитанную "Анну Каренину". Без всякой задней мысли: ультразвука-то не на всех хватало, про пол ребенка я не знала и книги выбирала почти методом тыка.
Зато потом, добредя-таки до телефона, могла гордо сказать: "Ну вот, теперь у меня три Анны: две в книжках и одна на шее!"
Ибо я настолько филолог, что... да, и с книгами угадала!
А близкие еще долго дразнили меня тем, что я "никто" по образованию.
To be continued, если вам не надоело, раз уж сегодня день Мышиллы, она же yeho .

</lj>
манул

День Мышиллы - продолжение.

... а еще потом я принесла Мышиллу yeho из роддома.
В те времена у нас не было Интернета всяких интересных книг, обучающих всему касательно младенцев - разве что советского образца. Эти советские я иногда почитывала и впадала то в экстаз, то в отчаяние, потому что соблюсти все то, что там предлагалось соблюдать, означало, по-моему, совсем свихнуться или сдохнуть, так и не вырастив из младенца никакого строителя коммунизма, но помог забытый и уже не популярный ныне доктор Спок.
"Будь спок!" - сказал он мне.
Ничего не помню из его книги, кроме прекрасного начала. Оно (может, я больше ничего и не прочитала?) спасло мне жизнь. Там было сказано примерно так: вот вы пришли домой с ребенком, не знаете, что с ним делать... ну вы... это... положите его куда-нибудь... куда?.. если нет кроватки, в коляску; если нет коляски, в бельевую корзинку; если там нет места, в ящик комода... положите, разденьтесь сами... и успокойтесь, наконец.
Этот "ящик комода" подействовал на меня крайне утешительно. С тех пор всегда, приходя с очередным младенцем и не имея никакого комода, я первым делом (почти по доктору Споку) клала этот сверток куда-нибудь и минут пять приходила в себя перед новой жизнью.
В случае с Мышиллой это было особенно трудно. Нет, не потому, что первый раз, а потому, что дедушки-бабушки с обеих сторон имели, к несчастью, совершенно определенный взгляд на то, как надо встречать новорожденного: разумеется, выпивкой. Новоявленного отца к тому же надо было утешать в его личном горе: Мышилла yeho хорошо, а сын (не yeho , а не пойми кто!) лучше, и они отмечали и утешались, как умели.
Я же положила Мышиллу в воображаемый комод и (будь спок!)... принялась как-то жить дальше.
Первую осмысленную фразу Мышилла произнесла, когда ее отец то ли уронил молоток себе на ногу, то ли сел на ежа порезал палец (история не сохранила деталей), однако он совершенно точно взвыл и готов был сказать что-то... сильное, и тут Мышилла (ныне yeho , а тогда меньше двух лет) меланхолично и четко выговорила: "Вот видишь, как бывает!"
По-моему, само словцо "бывает" из уст еще не двухлетнего человека - это показатель.
Человек уже тогда много чего понимал про жизнь.
Сейчас, наверно, меньше.

</lj></lj></lj></lj>